Директор сыктывкарского водоканала сравнил городскую воду из под крана с "боржоми"

Андрей СЕЛИВАНОВ: «Нашу воду сравнивают с боржоми!»

«Про Город» в очередной раз выступил информационным партнером медиа-проекта «Коми и две точки» - цикла прямых видео-эфиров, транслируемых в группе «Республика Коми» социальной сети ВКонтакте. Новым гостем ведущей Дарьи Шучалиной в студии «Инсайт люди» стал Андрей Селиванов.

Генеральный директор Сыктывкарского водоканала рассказал не только о своем профессиональном пути, приведшем его 32 года назад на это предприятие столицы Коми, но и том, как оно в наши дни обеспечивает коммунальным благом жителей Сыктывкара и соседнего села Выльгорт Сыктывдинского района.

Непростая арифметика

- Андрей Сергеевич, каков в среднем по стране масштаб аварийных и ветхих сетей водоканалов?

- Он составляет порядка 70-ти процентов. У нас на предприятии – 13 процентов, если мы говорим про водопроводные сети. На канализационных процент повыше. 
С 1994 года мы стали планомерно заниматься заменой старых коммуникаций: спасибо за это прежним руководителям водоканала. Я, в свою очередь, продолжаю данную политику. Мы меняем старые стальные трубопроводы на современные – прочные полиэтиленовые. Таковых у нас уже 68 процентов от общего объема труб: у них наибольший срок эксплуатации (полвека), так что прослужат еще не одному поколению горожан.

За минувший год у нас зафиксировано 67 инцидентов на трубах и одна аварийная ситуация.

- В чем между ними разница?

- До 2022-го все ситуации считались авариями. А затем Минстрой России изменил критерии. Аварией стали считать такую ситуацию на сетях, ремонт которой приводит к перерыву в подаче воды потребителям более чем на восемь часов подряд.

При этом рекомендованный норматив по времени, отводимом для устранения инцидента – четыре часа. Это довольно сжатый период. 

- Почему?

- У нас на севере сети водоснабжения пролегают под землей на глубине порядка двух с половиной метра. В стесненных городских условиях подобраться к нужному участку, согласовать производство работ со смежными предприятиями, чьи коммуникации пролегают там же, а затем выполнить работы по устранению утечки… – с учетом этих аспектов уложиться в четыре часа крайне сложно. Тем не менее, мы справляемся. По прошлому году наш показатель: три часа пятьдесят восемь минут.

- Для чего нужно ставить в курс другие предприятия?

- Чтобы не повредить электрокабели, сети Ростелекома или, не дай бог, газопровод. А когда речь идет о зимних инцидентах, до коммуникаций еще важно докопаться, что тоже требует времени с учетом промерзания грунта.

- Где в 2025-ом произошла та единственная в Сыктывкаре авария, на устранение которой понадобилось свыше восьми часов?

- В Нижнем Чове. Население мы проинформировали за сутки до начала работ и обеспечили подвозом бесплатной воды, как делаем это всегда в подобных ситуациях.

- Каково в целом положение дел с водопроводными сетями?

- По рекомендациям Минстроя России ежегодно необходимо менять не менее десяти процентов ветхих труб, но это только для того, чтобы не допустить прироста ветхих сетей. А чтобы снизить их масштаб, модернизировать необходимо еще больше.

Средняя протяженность водопроводных сетей в наших северных городах, таких, как Воркута или Инта, - примерно 250 километров. При этом порядка 60-ти процентов из них - ветхие. То есть, в год водоканалам этих муниципалитетов необходимо менять не менее 14-ти километров сетей только, чтобы не возрастал этот показатель. А чтобы его снизить, необходимо менять порядка 18-ти километров в год.

- Вряд ли столько средств на местах хватит на эти цели…

- Не хватит точно. Мы же в прошлом году заменили 13 километров сетей водоснабжения и водоотведения, а также построили семь километров новых.

Альтернатива речному водозабору

- Андрей Сергеевич, достаточно ли действующего поверхностного источника воды в нашем муниципалитете?

- Об альтернативном источнике власти задумывались еще в советские времена, когда строили водозабор на реке Вычегда, который мы сейчас используем. Конечно, в городах, особенно столичных, должно быть не менее двух источников водоснабжения.

Мы нашли в архивах изыскания советского периода. Тогда предлагалось использовать для бурения скважины месторождение Бадью между Лэзымом и Пажгой (в Сыктывдинском районе – прим. ред.). Когда в прошлом году Глава Республики Коми приезжал к нам с контрольными мероприятиями, мы с ним об этом детально говорили.

Очень рад, что Ростислав Эрнстович Гольдштейн идею поддержал. Поэтому сейчас мы прорабатываем вопрос в части расчета расходов, чтобы понимать: какие затраты необходимы. Но уже на данный момент очевидно: без федеральной поддержки не обойтись. Потребуется как минимум миллиард рублей с учетом строительства новых сетей – порядка трехсот километров. При этом следует понимать, что подземный источник должен быть обустроен в двухтрубном исполнении. Одна – основная, а вторая – резервная.

Деньги нужно считать и относиться к бюджету предприятия, как к своему семейному. И в этом плане мне импонирует такой посыл руководителя нашего региона. Необходимо экономить везде, где это возможно, без ущерба качеству.

Вообще, экономика любого предприятия стоит на трех китах. Это анализ, планирование и контроль. Важно знать, куда у тебя уходят деньги и почему. В свое время мы проанализировали, в частности, причину высоких расходов на электроэнергию и оптимизировали работу оборудования. Установили энергосберегающее. Высвободили финансовые ресурсы. И стали их направлять в гораздо более значительных объемах на замену сетей.
На сегодня у нас потери воды в сетях – шесть процентов. А неучтенные – один процент.

- Относятся ли к таковым колонки, все еще работающие в разных частях нашего города?

- Надеюсь, в ближайшее время мы вообще уйдем от них. В прошлом веке водоразборные колонки были нужны, когда город застраивался и представлял собой частный сектор. Тогда еще не было центрального водоснабжения. Теперь же жители каждого квартала должны быть обеспечены централизованным водоснабжением. 

А поскольку пока колонки остаются, мы их чипировали, чтобы исключить неконтролируемое (несанкционированное) использование. То есть: доступ к ним имеют только жители прилегающих домов, где нет своей воды.

- Каковы в общем по стране потери воды в сетях водоканалов?

- Порядка двух десятков процентов. Это и протекающие ветхие сети, и самовольные врезки граждан, и неучтенные потребители. Мы все аспекты держим под контролем. Во многом за счет постоянных плановых обходов.

Стимулы для оплаты счетов

- Андрей Сергеевич, как мотивировать людей вовремя и в полном объеме платить за воду?

- Главным образом, обеспечив ее достойное качество. Ведь если вода поступает с перебоями или плохого качества, то платить за нее не хочется. Это как если вы пойдете в магазин за хлебом: увидев черствый или с плесенью, вы же его не купите…

Кроме того, важна максимальная прозрачность в работе. Мы широко освещаем все наши ремонты и строительные работы, чтобы жители понимали и видели: их деньги расходуются рачительно.

Плюс ко всему, имеет значение форма собственности водоканала. У нас в Сыктывкаре он всегда был и остается государственным (в собственности муниципалитета – прим. ред.). А это значит – под контролем властей и надзорных органов. В тех муниципалитетах, где водоканалы в прежние годы были отданы в частные руки, сегодня – наибольше проблемы. 

Частники не были заинтересованы вкладываться в инфраструктуру: они лишь извлекали прибыль, «выезжая» на том оборудовании и технике, которые достались с советских времен. А ныне, когда оно обветшало, менять нужно всё и сразу. Денег же на эти цели не скоплено.

Так что я поддерживаю нынешнюю тенденцию возвращения водоканалов в государственную собственность и под полный надзор властей всех уровней: от органов местного самоуправления до правительства.

- Стоит ли в этой связи вернуться к идее создания единого регионального водоканала?

- У нас он уже был до перестройки и назывался Комиводоканал. В нынешние времена тема актуальна ввиду того, о чем мы только что с Вами говорили. Тем более что привлечь финансирование из федерального центра в рамках различных государственных программ возможно только на уровень региона. Напрямую муниципальным предприятиям федеральные власти средств не дают.

Еще одно преимущество централизации – это экономия расходов на закупках стройматериалов и комплектующих. Любой завод дешевле продаст свою продукцию тому предприятию, у которого большой объем заказа и при этом устойчивое финансовое положение. Тогда изготовитель не сомневается, что за отгруженный товар вовремя получит оплату. А те же трубы и в том же количестве заказчику с шаткой экономикой продаст гораздо дороже…

Вода живая и мертвая

- В каком состоянии вода из реки поступает в водозабор нашего водоканала? 

- В разном. Время от времени мы наблюдаем в исходной воде превышение марганца. Такова особенность Вычегды. Год от года состояние этой реки ухудшается. Вот еще одна причина, почему так важен альтернативный источник. Ведь сейчас никто не может спрогнозировать, что станет с рекой лет через двадцать, и будут ли позволять технологии водоподготовки доводить ее до статуса питьевой.

- Андрей Сергеевич, а есть ли уверенность в том, что сегодня вода в кранах жителей домов нашего города такая же, как на ваших очистных сооружениях, где она из речной превращается каждый день в питьевую?

- У нашего водоканала три десятка контрольных точек в городе, где мы проверяем качество воды уже после водоподготовки на очистных. Особенно пристально контролируем ее в тех кварталах, где проживает не так много населения и вода может застаиваться. Это так называемые тупиковые сети с низкой скоростью движения воды.

Кроме того, у нас выполняется график промывки трубопроводов (особенно стальных). Так что до потребителя вода доходит в соответствии с требованиями СанПиН. 

- Вы не раз говорили, что сами пьете холодную воду именно из-под крана. Это так?

- Да, потому что в нашей воде содержатся все те элементы, которые полезны и нужны нашему организму. Поэтому наша вода – живая. Тогда как бутылированную можно считать мертвой: из нее выхолощенався таблица Менделеева. Пользы от такой воды никакой.

Кроме того, некоторые частные предприятия заливают в бутыли нашу же воду из-под крана, но продают по своей коммерческой стоимости, поскольку их вода государственным тарифом не регулируется – в отличие той, что поставляют потребителям водоканалы. 

Один литр бутылированной воды в Сыктывкаре обходится в 65 рублей, тогда как такой же объем воды из-под крана – всего восемь копеек. Соответственно, покупная выходит вам в 800 раз дороже. 

Так что считайте свои расходы сами, и сами же отвечайте на вопрос: стоит ли переплачивать за частную воду, когда у вас из-под крана течет чистая питьевая, за которую вы платите по гостарифу...

- Что можно посоветовать особо мнительным сыктывкарцам?

- Ну, можно установить под раковиной фильтр грубой очистки. Этого вполне достаточно. Кстати, у меня знакомый живет в центре города. Он недавно поменял фильтр, но сделал это гораздо позже срока – просто забыл про него. Так вот когда его демонтировал, оказалось, что на нем нет никаких отложений. Фильтр остался спустя два года службы как новенький – настолько у нас чистая вода. Он даже пошутил: «Вы что, боржоми по трубам гоните?!..».

- Как Вы относитесь к ужесточению властями страны с этого года наказания для собственников жилья, которые все еще не поставили индивидуальные приборы учета (ИПУ) на холодную воду? Имею ввиду изменение повышающего коэффициента с полутора до трех.

- Я благодарен федеральному правительству за такую меру. Она простимулирует наших граждан устанавливать и своевременно поверять счетчики. Таким образом, контроль потребления воды увеличится, а сами люди вынужденно научатся ее экономии.

Галина СЕРГЕЕВА