Представители КПРФ в Сыктывкаре рассказали о проблемах в системе образования
Качество образования в современных школах сегодня волнует многих. Лидеры партии КПРФ в Сыктывкаре нашли проблемные зоны в современном законе об образовании и предложили свои поправки. Основная цель этих поправок — улучшить качество знаний, повысить заработные платы педагогов.
Весна для выпускников – это не только жаркая, но и очень ответственная пора. Растет напряжение у родителей, учащихся и учителей, которые готовят детей к экзаменам.
Почему такое волнение? Что пошло не так в реформе образования? Какие недочеты имеются в федеральном законе, принимая который депутаты от «партии власти» отклонили предложенный коммунистами альтернативный проект Закона «О народном образовании»? В последнем были отражены требования профсоюзных, родительских, студенческих, ветеранских организаций, ректоров, профессоров…
Депутаты от КПРФ внесли в Госдуму 23 законопроекта, из которых только три приняты, 12 – отклонены, восемь – не рассмотрены. В этом году коммунисты внесли законопроект под новым названием «Об образовании для всех». В чём же отличия предложений КПРФ?
Финансирование. В 2016 году власти сократят бюджетные расходы на образование, которые не дотянут и до четырех процентов от внутреннего валового продукта (ВВП). Это отодвигает Россию по данному показателю на предпоследнее место среди развитых стран. Мы же требуем в течение трех лет поднять расходы на образование до семи процентов от ВВП: никому в мире еще не удалось провести модернизацию страны при меньших затратах на образование. Информационная среда. Мы требуем на уровне страны и регионов воссоздать государственные образовательные каналы и поддерживать деньгами и налоговыми льготами те из них, которые будут создавать просветительские программы. Статус педагогов. За последние годы их зарплата выросла, но главным образом – за счет увеличения нагрузки. В среднем учитель проводит 28 уроков в неделю. Мы требуем, чтобы за одну ставку педагог в детском саду, школе или системе дополнительного образования получал заработную плату не ниже средней по региону и стране; в колледже – не менее полутора средних зарплат по региону и стране; в вузе – не менее двух средних заработных плат. Статус студента. Расчетная студенческая стипендия в вузе сейчас составляет около 13 процентов от прожиточного минимума, тогда как в советское время равнялась 80 процентам; в техникуме – около 4 процентов против прежних 50 процентов. Наши требования: социальная стипендия малообеспеченного студента – не ниже прожиточного минимума работающего человека; академическая стипендия в вузе – не менее 80 процентов от прожиточного минимума; академическая стипендия в колледже (техникуме) – не менее 40 процентов от прожиточного минимума. Сельские школы. Правительственный закон не остановил их ликвидацию. К примеру, к 25 тысячам закрытых сельских школ за последние три года прибавилось еще примерно три тысячи. Наши требования: финансирование сельской школы должно проводиться независимо от числа детей; ее ликвидация или реорганизация возможна лишь в исключительных случаях и только с согласия сельского схода; должно быть в полном объеме восстановлено право сельского учителя на бесплатное жилье с бесплатными отоплением и освещением.
Все эти положения могут хотя бы отчасти решить проблемы в образовании, повысить статус учителя и поднять уровень подготовки российских школьников.
Между тем результаты школьного образования плачевны. Правительство в лице вице-премьера Аркадия Дворковича признало: качество знаний, которые даются у нас в старшей школе, удручает.
Яркий пример – выступление нашей сборной на Международной математической олимпиаде школьников в Таиланде: ни одной золотой медали. Наши школьники не сумели решить хотя бы четыре из шести конкурсных задач. С этим справились ребята из США (пять медалей), Китая (четыре), Южной Кореи (три). Золотые награды получили также школьники из Перу, Ирана, Австралии, Украины… По счету медалей наша сборная не попала в двадцатку лучших. А в предыдущие годы мы побеждали 14 раз. Последний – в 2007 году. Вторыми мы были в 2010-м. В 2011-2014 годах – третьими. Деградация налицо.
Старшая школа беспокоит всех: перед каждой семьёй стоит вопрос о том, как ребёнок сдаст ЕГЭ и в какой вуз поступит. Учителя воспринимают высокие баллы как родительский заказ и главной своей задачей видят натаскивание детей на правильные ответы. Со стороны родителей в ход идут любые средства: и занятия с репетиторами, и участие в олимпиадах, и курсы ГТО. Все, что угодно, лишь бы дите, оттеснив конкурентов, заняло бюджетное место в престижном вузе.
В реформируемой школе почему то нет некоторых предметов, которые очень необходимы для полнокровного формирования у обучающихся естественно-научной картины мира. В госстандарте для старшей школы слова «технологии» нет. И нет такого учебного предмета. Нынешние наши школьники не знают ни что такое dissembled technology (методы и техника производства товаров и услуг), ни embodied technology (совокупность машин, оборудования, производственные системы, продукция с высокими технико-экономическими параметрами),— необходимые курсы в европейских школах.
Нанотехнологии? Нет такого слова в стандарте. Биотехнологии — тоже нет. Много лет нет предмета астрономия. Дети уже не смотрят мечтательно в небо, а только себе под ноги. Скоро выпускники нового формата окончат вузы и придут в экономику. Смогут ли они двинуть нашу экономику вперед?
Вот и возникает вопрос: нужен ли такой закон об образовании? Или всё-таки необходимо прислушаться к предложениям КПРФ? Вот как выразился инициатор альтернативного Закона «О народном образовании» коммунист Олег Смолин:
«Вспоминая восточный календарь, берусь утверждать, что действующая образовательная политика с ее тестовой системой и философией мертвого бюрократического образования способна запросто превратить человека в обезьяну. А вот философия живого образования и основанный на ней закон позволят каждому ребенку и студенту даже в год Обезьяны развивать в себе человека!»